Правительство РФ опубликовало законопроект, которым предлагается добавить в перечень стратегически значимых видов деятельности некоторые направления из ИТ-сферы (далее – Законопроект). Предусмотрены также правила для уже существующих структур владения с иностранным участием, включая обязательное уведомление ФАС России и в определенных случаях необходимость согласования корпоративного контроля либо снижения доли участия. Если поправки будут приняты, ИТ-компаниям станет значительно труднее привлекать и сохранять иностранное участие в капитале без соблюдения специального разрешительного и уведомительного режима.

КС РФ впервые оценил институт пересмотра решений ФАС России. И в итоге признал неконституционными нормы о сроках давности, об исключающих административное производство обстоятельствах и административном пересмотре решения комиссии антимонопольной службы. Поводом стало повторное привлечение компании к ответственности после того, как регулятор пересмотрел свое решение. Выводы Суда должны защитить бизнес от двойного наказания и имеют исключительное значение для практики. Разберем их, а также нерешенные вопросы, которые создают риск произвольного правоприменения.

Развитие инструментов антимонопольного контроля подталкивает недобросовестные компании к тому, чтобы изыскивать все новые тактики, приспосабливать их под современные условия правоприменения. В свою очередь регулятор непрерывно совершенствует методики выявления и пресечения сговоров. Рассмотрим три примера нестандартных картелей, раскрытых Московским УФАС России.

Верховный Суд РФ в обзоре судебной практики за I кв. 2026 г. (утвержден 25 марта 2026 г.) исключил из своего обзора № 3 за 2022 г. пункт, которым ограничивалось вмешательство ФАС России в банкротные торги. Ранее антимонопольный орган мог рассматривать жалобы на торги, только если они влияли на состояние конкуренции на товарном рынке.

В феврале 2026 г. СКЭС ВС РФ вынесла решение по делу № А40-239166/2024 с интересной судьбой. Кассационная жалоба третьего лица настойчиво была передана на рассмотрение в судебную коллегию. Предмет спора также весьма интересен и важен для практики: может ли затягивание переговоров, влекущих негативные последствия для заявителя, являться злоупотреблением доминирующим положением? Проанализируем итоги этого решения.

После того как из Обзора судебной практики об административной ответственности за антимонопольные нарушения от 25.04.2025 исключили п. 31, в правоприменении образовался пробел. Непонятно, когда ФАС России может выдать доходное предписание, а когда должна привлекать к административной ответственности. Выбор остается на усмотрение самой службы.

Практика показывает, что регуляторы нередко расширительно трактуют свои полномочия. В долгосрочной перспективе такая их свобода усмотрения приносит участникам рынка больше рисков, чем пользы. Именно поэтому бизнесу важно понимать границы административного контроля. Показательной стала серия патентных споров.

15 августа 2025 г. принято и вступило в силу Постановление Правительства РФ № 1224 об утверждении особенностей исчисления и уплаты обязательных отчислений, предусмотренных Законом о рекламе.

Доступ к информации о решениях российских госорганов, касающихся деятельности участников рынка, все больше ограничивают. Это связано с рисками дополнительных санкций. Где же тогда искать достоверные сведения о позиции регулятора? Очевидный ответ: в судебной практике и ее обзорах, которые публикует ВС РФ. В частности, в недавнем Обзоре об административной ответственности за антимонопольные нарушения, в котором отражены важные выводы Суда. Изучим два из них: о предписании перечислить в бюджет незаконно полученный доход и об институте коллективного доминирования.

В 2025 г. Суд ЕАЭС отмечает первый юбилей — 10 лет со дня основания. За это время он доказал свой авторитет, вклад и значимость, обеспечивая определенность и единообразие в понимании и применении союзного права. Одно из основных направлений его деятельности, как показывает анализ судебной практики, — рассмотрение споров и предоставление консультативных заключений именно в сфере антимонопольного регулирования. Остановимся на двух важных правовых позициях.